Page 90 - На петле времени
P. 90

Д.  Барабаш.  «На петле времени»






                                                               32


                                         С детьми уже, хлебая горя,
                                         Лжедмитрий приближался.
                                         Воря
                                         ему казалась неприступней
                                         Днепра и Волги.
                                         Злые волки
                                         объеденной игрались сту́пней
                                         Сусанина.
                                         Дни становились злей и судней.
                                         Одетый в шкуру печенег
                                         ел печень наших серых будней.
                                         И в небо капала с ножа,
                                         как снег, над льдинами кружа,
                                         по капле каждая секунда.
                                         В дежурном свете, нежно ржа,
                                         к звезде, усевшись на верблюда,
                                         копытом оставляя след,
                                         и там – невидимы при этом,
                                         шли ангелы… Автопортрет
                                         вождя смотрел на нас,
                                         секретом
                                         и страхом собственным страша.
                                         Когда б писал во сне, поэтом
                                         я стал бы.
                                         Черная дыра
                                         рассвета всасывала мысли,
                                         способность прыгать тут и там,
                                         по крышам лазить и кустам
                                         взбивать нахохленные перья.
                                         Реальность гаже и тошней,
                                         в ней невозможно даже дней
                                         порядок лестничный нарушить.
                                         Когда я вышел из дверей,
                                         я оказался весь снаружи.
                                         И силюсь вспомнить и решить
                                         недорасслышанное слово.
                                         Я знаю, что оно основа,
                                         но снова начинаю, снова —
                                         куда ступать и не грешить?









                                                                                                              90
   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95